Возвращаясь к сопоставлению данных психотерапевтической диагностике, полученных в "большой" и "малой" психиатрии, следует заметить, что нейрофизиологический субстрат пограничного психического расстройства отличается своего рода "локальностью", т.е., условно говоря, психическая активность движется здесь в правильном направлении (т.е. осуществляется попытка адаптироваться к явлениям фактической действительности), но, вследствие тех или иных препятствий на своём пути, в какой-то момент отклоняется и не достигает изначальной, искомой цели.

В случае же психического расстройства, принадлежащего к сфере "большой психиатрии", такой "локальности" уже не отмечается, здесь, говоря опять же условно и образно, патологические ответвления психической активности изначально сбиваются и идут мимо цели (осуществляемая здесь адаптация не есть приспособление к фактической действительности, но к патологическим внутрипсихическим образованиям). В случае неврозов мы часто и вполне обоснованно говорим о "роли симптома", о "патологической адаптации пациента" и т.п., т.е. отмечаем какую-то "внутреннюю логику" заболевания. В случае же психозов, как правило, говорить о какой-либо целенаправленной адаптации, пусть даже и сколь угодно патологической, не представляется возможным, здесь симптом самоценен, будучи проявлением частного дефекта структуры в работе психики в целом (отсюда и указанная "нелокальность" психотических расстройств).

Наконец, психотерапевтическая диагностика, предопределяет не только базовую стратегию работы специалиста, но и продолжается в течение всего психотерапевтического процесса. Психотерапевт отслеживает поведение пациента в пяти базовых аспектах, а именно: поведение тела, поведение перцепции, апперцептивное поведение, речевое поведение и социальное поведение. Подобная модель, разработанная нами в рамках системной поведенческой психотерапии, позволяет выстраивать психотерапевтический процесс таким образом, что желаемые цели достигаются не путём попыток слепой редукции дезадаптивных функциональных систем и выработкой адаптивных стереотипов поведения по принципам теории научения, а за счёт своего рода анатомирования того или иного целостного поведенческого акта, реконструкции по определённым психическим механизмам каждой из его составляющих в отдельности, и дальнейшего сведение этих, реконструированных теперь уже элементов в новой комбинации, обеспечивающей желаемый терапевтический эффект.

Так или иначе, но психофармакология является первым и наиважнейшим методом лечения психических расстройств, относящихся к сфере компетенции "большой психиатрии". Конечно, создание "психотерапевтической среды" в психиатрическом учреждении – является вопросом чрезвычайной важности, учитывая общее наше, хотя и отчасти вынужденное, движение к гуманизации психиатрии. Наконец, нельзя игнорировать богатый исторический опыт психотерапии, содержащей большое количество различных методов, которые могут вполне использоваться в повседневной врачебной практике, как самими врачами-психотерапевтами, так и психиатрами. Однако, нельзя забывать и о том, что психотерапия – есть самостоятельная наука, которая, конечно, не является средством выбора в "большой психиатрии", или точнее, "системой первой помощи", но способна существенно дополнить и обогатить здесь лечебный процесс, будучи этиопатогенетически оправданной и весьма эффективной при корректном и профессиональном использовании.

А.В. Курпатов, Г.Г. Аверьянов
Серия статей "Психотерапия в большой психиатрии"

 

Ранее | Позже